Пластическая хирургия

Доноры: дарящие жизнь

Слово «донор» в переводе с латыни означает «даритель». И не так уж важно, что подтолкнуло вас к доброму делу: отдавая свою кровь, человек щедро дарит другому здоровье и даже порой жизнь.

Совсем не много оставалось до отправления поезда. Инна с надеждой выглянула в коридорчик — может, повезет и в купе больше никто не сядет? Но не случилось… — Дедуля, вот твое место, а мы с мамой в соседнем купе, — и в дверях появилась девчушка, а за ней вошел седой мужчина в аккуратном летнем костюме. — Везде-то ты поспеваешь, роднулька моя, — он с обожанием поглядел на внучку и улыбнулся Инне. Та постаралась улыбнуться в ответ. Ну ладно, лучше интеллигентный дед с рассказами о семье, чем любитель отметить поездку. Но будто в ответ на ее мысли, мужчина извлек из сумки фрукты, печенье и металлическую фляжку. — Вы не подумайте, что я из «этих», — извиняющимся тоном обратился он к Инне, поймав ее недовольный взгляд. — Просто праздник сегодня очень для меня важный — День донора. — Позвольте пригласить вас к столу. Инна молча покачала головой.

— Жаль, надумаете — прошу. С праздником! И низкий поклон всем, делающим это благородное и великодушное дело, — голос его дрогнул, и даже взгляд, кажется, увлажнился.

Воспоминания
«Странный тип. Как всегда, везет на попутчиков», — Инна поморщилась.

Она не испытывала никакого трепета перед словом «донор». Нет, дело, конечно, полезное, кто спорит. Но коньяк в пластиковом стаканчике и слезы в голосе!

Было дело, Инна и сама сдавала кровь. Правда, причины были вполне приземленные. Первый раз — на втором курсе: общежитие, высланные родителями деньги закончились. — Котова, а давай пойдем кровь сдадим? — вдруг предложила соседка Ира. — А инфекцию не занесут? И вообще, разве для здоровья это не вредно? — усомнилась осторожная Инна.

— Ты что, там стерильно. А для здоровья, говорят, даже полезно. Ну голова чуть покружится. Зато обед из трех блюд, и денег заплатят!

Мысль об обеде была соблазнительна: вот уже две недели подруга питались картошкой с квашеной капустой, которую привезла Инна из дома, и макаронами. В общем, Инна согласилась. Процедура прошла легко, главное — на иголку не смотреть, тогда не страшно. А после всего — вкусный обед, деньги да еще слова благодарности от врачей.

В общем, что называется, удачно совместили приятное для себя с полезным для людей. Постепенно донорская практика затихла. Впрочем, нет, был еще один случай… Шесть лет назад. Она тогда работала психологом в детском летнем лагере недалеко от захолустного южного городка.

Это было летом
То лето было солнечным и веселым: все свободное время сотрудники лагеря проводили на свежем воздухе — купание, шашлыки, песни под гитару. И вот в День донора — точно была середина июня, активистка Любочка начала агитировать всех пойти в местную больницу и сдать кровь. «Представляете, ребята, эта кровь поможет кому-то! Городок маленький, больница всего одна — наверняка у них дефицит материалов!» — уговаривала она всех, но никто не проявлял энтузиазма. Инне лень было спорить с Орловой, и она согласилась.

Всю дорогу она ругала себя за это решение: жара, Орлова без умолку трещала о неоценимо важной роли донорства. В довершение всего у Инны порвался ремешок на босоножке, и подошва противно хлопала по дорожной пыли…

В местном донорском пункте городской больницы со странным для единственного медицинского пункта номером 111 они с Любочкой оказались одни. Нет, правда, возле входа на скамейке, сгорбившись, сидел высокий седой мужчина и что-то беззвучно шептал. — Не подскажете, к кому обратиться насчет сдачи крови? — спросила Люба. Мужчина пробормотал что-то невразумительное. Хорошо, мимо пробегал озабоченный чем-то врач. Он-то и отправил их в палату. И что вы думаете? Активистка Орлова при виде иглы грохнулась в обморок! А Инна спокойно протянула руку и, как обычно, задумалась: в чьем, интересно, организме окажется эта кровь?
— Третья группа? Резус положительный? Это просто подарок свыше! – молодой врач был почему-то невероятно счастлив.

Они будут жить! — Шесть лет назад незнакомая девушка спасла самых дорогих для меня людей, — голос попутчика оторвал Инну от воспоминаний. — Неужели? А что у вас произошло? — не выдержала Инна.

— Да такое, что… – голос его прервался. — Моя дочь ждала ребенка. Жили они с мужем-офицером в городке на юге. Беременность долгожданная и не очень благополучная. И вдруг, за две недели до срока, ее состояние ухудшается, и Аню срочно кладут на кесарево. Муж в командировке, хорошо хоть я приехал. Операция проходит тяжело, у дочки огромные кровопотери, малышке тоже требуется кровь. А ее — нет. Ну нет — и все! Врачи звонят в райцентр — а там проблемы с транспортом. До сих пор помню, как я сидел на скамейке у донорского пункта и беспрерывно повторял: «Господи, пусть найдется кровь — и я никогда в жизни больше ни о чем не попрошу», — он замолчал.

Инна вздрогнула — она вспомнила того мужчину на больничной скамейке… Нет, такое бывает только в бразильских сериалах! — Помню, мимо прошли две девушки, что-то спросили. Я не понял, не услышал их вопроса, — тихо продолжил собеседник. — В таком состоянии почему-то обращаешь внимание на дурацкие, никому не нужные мелочи. Помню до сих пор: у одной из девушек порвалась босоножка и подошва хлопала по дорожке… Не знаю, сколько времени я так просидел… И тут ко мне подбегает медсестра и что-то говорит, говорит, говорит… И я понимаю: кровь нашлась и мои родные будут жить. У одной из этих девочек, не могу простить себе, что не запомнил лица, оказалась та же группа крови, что и у моей доченьки…

— Третья группа, резус положительный, сто одиннадцатая больница, две тысячи второй год, — с непонятным для себя новым чувством произнесла Инна, вытирая неожиданные слезы…